Евразийский научно-исследовательский институт человека
(ЕНИИЧ)
Актуальные проблемы развития общества
+7 (950) 645-90-10
+7 (343) 221-27-88
Наш адрес
г. Екатеринбург,
8 Марта, 62, аудитория 152

ЖКХ в системе социальных «скреп».

В.П. Лукьянин писатель (Екатеринбург) 

ЖКХ в системе социальных «скреп»

В одном из недавних номеров газеты «Ведомости» прочитал статью двух зарубежных социологов с экономическим уклоном о социально безответственных корпорациях [4: 15]. На словах их руководители – очень даже социально ответственные граждане, а как доходит до дела – если выгода не светит, то за это дело они и не берутся. Вообще-то, такое поведение настолько понятно, что авторы могли бы его и не объяснять, но они предприняли обстоятельное исследование и даже сформулировали рекомендацию: дескать, таким руководителям «нужно изменить свои идеологические взгляды». Говоря без экивоков, их нужно уговорить. Будто это возможно! Но если все же уговорят, то бизнес перестанет быть бизнесом.

 

Ибо бизнес социально безответственен в принципе, тем он радикально отличается от традиционного (дореволюционного) российского предпринимательства. И «баланс интересов» между обществом, государством и бизнесом, о котором говорится в информационном письме о нашей конференции, труднодостижим (разве что под нажимом «национального лидера»), поскольку аппетиты бизнеса, как его ни уговаривай, всегда выше возможностей общества. А от управления экономикой наше государство самоустранилось в результате приватизации, я уже писал об этом [см.: 2]; участников экономического процесса ему остается только уговаривать.

Есть такие области социальной жизни, куда пускать бизнес, жаждущий получить прибыль здесь и сейчас, равносильно социальному самоубийству. Мы, нынешняя Россия, уже не раз делали этот опрометчивый шаг, превратив, к примеру, образование и здравоохранение в сферы услуг, и теперь пожинаем плоды. В том же ряду следует рассматривать и ЖКХ.

ЖКХ – не та сфера, где лидеры рынка могут соревноваться в разработке и применении высоких технологий, где неожиданная творческая находка иногда приносит баснословные прибыли. Тут много не напридумывашь, речь ведь идет об элементарных потребностях жизнеобеспечения: тепло, свет, вода, удаление отходов жизнедеятельности. Ну, поставим приборы, позволяющие лучше регулировать подачу тепла или дистанционно считывать показания счетчиков: что немалые расходы понесем – это точно, но повысится ли при этом рентабельность? Боюсь, что – нет.

А, собственно, отчего зависит рентабельность предприятий ЖКХ? Они ведь сами ничего не производят, а только перепродают – воду, электричество, газ. Поэтому рентабельность их определяется разницей цен, по которым они эти ресурсы закупают у поставщиков и по которым затем продают их непосредственным потребителям. Поставщики, конечно, стремятся выставить цены повыше, и никакой закон их «социально безответственные» аппетиты укротить не может. Коммунальщикам, соответственно, приходится повышать тарифы, и делать это закон им тоже не запрещает: рынок! Но парабола цен упирается в низкую платежеспособность населения. Столкновением экономических интересов определяется здесь не высота планки потребления, а сама возможность выживания, отчего на стыке интересов продавцов жилищно-коммунальных услуг и населения постоянно удерживается высокий уровень социальной напряженности и возникают конфликты, которые приходится разрешать нерыночными средствами. А как иначе? Пока дождемся, что «невидимая рука рынка» все расставит по местам, население в холоде и темноте начнет вымирать.

Впрочем, чего ждать? Предприятия ЖКХ уже в рынке, «невидимая рука» работает, и население, как и следовало ожидать, вымирает. Впрочем, Росстат настаивает, что эта тенденция преодолена и в последнее время численность населения даже немного растет (чем без всякого на то основания гордится наше правительство). Ладно, растет, но за счет чего? Вот статистика: в 2017 году естественный прирост населения России составил минус 168 348 человек, а за счет миграции прибавилось 228 368 человек. В нынешнем году и в обозримом будущем эта тенденция сохраняется [см.: 5]. Замещение коренного населения мигрантами – это ведь постепенная утрата своего суверенитета, своей самобытности, своей идентичности. Тогда что мы собираемся защищать нашими «Сарматами», «Арматами» и прочей чудо-техникой, о которой наш президент так увлеченно рассказывал в своем предвыборном послании Федеральному собранию 1 марта 2018 года?

В нынешней публицистике (особенно патриотического толка) весьма популярно понятие «народосбережение». Люди постарше помнят, что оно вошло в наш обиход с подачи А.И. Солженицына; не все знают, что более чем за двести лет до Солженицына (точнее, в 1761 году) эту проблему поставил М.В. Ломоносов в письме И.И. Шувалову. Но журналисты (и чиновники) помоложе приписывают это понятие В.В. Путину, который действительно употребил его в одной из своих программных статей [2], будучи премьер-министром и кандидатом в президенты. Но тут, по-моему, важен не приоритет, а извечность проблемы для России. И того еще важнее, что наконец-то о ней заговорил не критик существующего социального порядка, а высший руководитель страны. Мало того, став вскоре после публикации той статьи президентом (тогда – в третий раз), Владимир Владимирович продемонстрировал свою приверженность идее народосбережения, развив ее в послании Федеральному собранию 12 декабря 2012 года.

То выступление Путина запомнилось общественности еще и тем, что в нем он впервые публично высказался о «дефиците духовных скреп». Публицисты, особенно либерального толка, очень порезвились тогда, иронизируя по поводу понятия «скрепы», обнаружив, однако, тем самым собственное плохое знание родного языка, а также примитивный уровень социального мышления. Безусловно, В.В. Путин был прав, связывая возможность добиться каких бы то ни было результатов в развитии общества (в том числе и «народосбережени») с внутренней цельностью социума, значит, и прочностью связывающих его «духовных скреп».

Другое дело, что мне трудно согласиться, будто эти «скрепы» можно создавать или укреплять, имитируя возрождение религиозной веры или устраивая высокозатратные спортивные шоу вроде Олимпиады в Сочи или футбольного ЧМ-2018 (и я откровенно и, надеюсь, доказательно писал о том. [см.: 1, 2]). Как бы ни дискредитировали Маркса нынешние умники, а классик был прав, утверждая (возможно, за Гегелем или даже Платоном), что бытие определяет сознание. И путинские «скрепы», на укрепление которых государство не пожалело многих сотен миллиардов рублей, сократив расходы на более насущные нужды, начали с треском рваться, когда наши социально безграмотные министры-«технократы» затеяли пенсионную реформу. Еще раньше «скрепы» столь же шумно лопались, когда такие же «технократы» (при том же президенте) монетизировали льготы ветеранам. Пора бы извлечь урок.

Я вспоминаю об этих социальных провалах при попытках получить весьма проблематичные экономические выгоды затем, чтобы напомнить о простой социально-экономической истине: член социума связан с социальным организмом, к которому номинально принадлежит, не столько молением в храме или стадионными страстями, сколько экономическими отношениями. Столетиями прочность российских производственно-житейских образований держалась, в частности, на том, что работодатель (а в советское время и государство) не только предоставляли своим работникам и гражданам «рабочие места», но и заботились об их жизнеобеспечении. Когда приватизированные предприятия начали «сбрасывать социалку», закономерно начал разрушаться фундамент нового социального порядка.

Литература:

  1. Лукьянин В.П. Арифметика раскола // Наш современник. 2016, № 12.

  2. Лукьянин В.П. Праздники и будни в великой сырьевой державе // Урал. 2018, № 11.

  3. Путин В.В. Строительство справедливости. Социальная политика для России // Комсомольская правда, 13.02.2012.

  4. Хафенбрэдл Себастьян, Уэгер Даниел. Социально безответственные // Ведомости. 29.10.18. С. 15.

  5. https://countrymeters.info/ru/Russian_Federation#population_2017